Петя Веточкин учится летать.

небо

 

Глава 1.

Вы, наверное, слышали про Петю Веточкина. Он нашёл три сундука сокровищ Кощея Бессмертного и спас от драконов Юрия Васильевича, начальника милиции. Говорят, Петя перевоспитал тётю Машу, строгую дворничиху, и даже приручил бульдога Шарика.

Список заслуг Веточкина можно продолжать долго. Но главное, на что следует обратить внимание, так это на его доброту и отзывчивость. При всём этом с ним происходят невероятные приключения, и вокруг него бурлит поток страстей.

У Пети был маленький друг Рублик. Это такой славный человечек в золотой шапочке. Перед уходом в свою маленькую страну Рублик поведал мальчику тайну денег. С тех пор у Пети всегда есть деньги на свои потребности.

А что нужно мальчику? Самолётик да воздушный шарик. А потом и это уже не нужно, раз оно доступно в любой момент.

Петя не любил копить вещи. И всячески избавлялся от хлама, который так и норовил заполнить всю его комнату. Поэтому игрушки и старую одежду мальчик отдавал детям во дворе.

Но были и ребята, которые завидовали Пете. Они уже поняли, что лучше Пете козни не чинить. Ведь так получается, что делают они ему только лучше. Прямо беда какая-то!

С их помощью Петя познал Тайну Денег. Об этом часто говорят в округе. Поэтому завистливые мальчики решили стать особенно добрыми мальчиками и причинять Пете только добро. Тогда, по их мнению, Веточкину должно стать худо. Но ему худо почему-то не становилось.

А наоборот, Петя взял и в один прекрасный день отправился на берег океана учиться летать. Путёвку ему достали, конечно, добрые мальчики. Но они ведь не хотели ничего доброго. А Петя взял и полетел. Но об этом чуть позже.

Конечно, чтобы научиться летать, нужно уметь падать. Синяки на коленях, ссадины на локтях – обычное дело для птенца. Петя надел шлем и развёл руки в стороны. Разбег по гребню горы и… Петя полетел в яму. Группировка, кувырок, мягкая травка в конце спуска. Ура! Гром аплодисментов! Петя встал, поклонился, отряхнулся, потёр ушибленные места. Сегодня кувырок удался на славу!

Скоро можно и взлетать! А пока ещё парочку падений для закрепления полёта!

Жил Петя в пансионе для особо желающих летать. Там много детей, и особенно девочек, с мечтательным воображением. Они постоянно мечтали и воображали.

— Я птица! Я лечу! – кричали они и махали руками.

Пете сразу понравилась девочка с веснушками и рыжими волосами. Зелёные глаза светились таинственной искренностью.

— Я Вероника, – представилась она.

— Я Петя, – поклонился Веточкин.

— Ах, сегодня нелётная погода, месье! – вскинула ручку Вероника.

— Ах, сударыня, как вы не правы! – отвечал Петя, потирая ушибленные коленки.

— Вы будете спорить со мной, месье? – надув губки, спросила девочка и отвернулась.

— Ах, что вы, леди, никак нет! Вы абсолютно правы, сударыня, ни одной птицы на небе, – Петя взмахнул руками, указывая на безумных чаек и воробьёв, парящих в небе.

— Я с вами не дружу, сударь, я улетаю, ах, я уже улетела! – и, раскинув руки, Вероника унеслась ввысь.

— Ах, какая девочка! – мечтательно смотрел ей вслед Петя.

Да, вот так проходили солнечные будни у особо желающих летать. Ребята занимались в театральном кружке и часто репетировали роли прямо на улице. Они могли говорить о сладкой печенюшке и совершенно неожиданно перейти на драму Петрушкина «Весёлые каникулы».

Это выглядело примерно так:

— Привет, Маша!

— Привет, Саша!

— Дай печеньку!

— Не дам!

— Ах ты, жадина!

— Сам такой!

— Так вот как ты со своим мужем разговариваешь?

— А зачем ты меня покинул? Вот и оставайся без печеньки теперь!

— Ах, это всё недоразумение!

— О чём ты, мой дорогой?

— Уехал я из города побыть в деревне, от суеты уйти, остаться с мыслями своими!

— А мне сказали, что покинул ты меня, с девчонкой дерзкою умчал в далёкие края!

— Меня оклеветали, ах, прости, душа моя!

И с этими словами ребята кидались друг другу в объятия и целовались на глазах изумлённой публики. Творчество Петрушкина очень популярно в нашей стране, и его всегда принимают с восторгом.

Петя летит, ветер свистит, каска на голове, трепет в душе. Инструктор улыбается и показывает большой палец вверх: значит, всё в порядке. Долетев до очередного дерева, мальчик останавливается. Нужна передышка.

Канаты свободно покачиваются в воздухе. До чего же здорово вот так летать! Пусть пока с помощью канатов, но в будущем… Аж дух захватывает, что будет в недалёком будущем! Петя зажмурился и встрепенулся от нахлынувшего восторга!

— Ну, слезай, орел! – послышался голос инструктора Фёдора. – Небось, налетался уже, крылья устали!

— Совсем не устали! – соврал Петя. – Я ещё хоть весь день могу!

— Ишь! Весь день он может! – засмеялся Фёдор. – Ну, летай, коль силы есть! Только помни, чем больше гордыни, тем падать больней! Я тебе по собственному опыту скажу!

Петя спорить не стал. Тут же отвязал от пояса канат и спустился по дереву вниз, словно белка.

— Вот и молодец! – похвалил Петю инструктор. – Быть честным перед самим собой – основа выживания в небе!

Дядя Фёдор раньше был военным лётчиком, вот и сохранились кое-какие воспоминания.

Глава 2

Девочки мальчиков в лагере называли «хомячками». У них сложилось устойчивое мнение, что особи противоположного пола – неисправимо глупые создания. Они только едят, пьют, бегают и больше их ничего не интересует.

Ну вот, «хомячки» заинтересовались полётами. И ещё стали посещать драмкружки. Да где это видано, где это слыхано, чтобы «хомячки» играли в драмкружке? Но заслуженная артистка Мария Фёдоровна, дочь инструктора и талантливая руководительница кружка, почему-то была уверена, что в настоящей сценической драме без «хомячка» ну никак не обойтись.

«Конечно, с «хомячками» одна лишь драма может быть», – думала Вероника, жуя яблоко. Она забралась на самое высокое дерево, какое только смогла найти, болтала ножками и наблюдала за неспешной жизнью лётного лагеря.

«Или взять хотя бы этого «хомяка» Петю, – продолжала она разговор сама с собой. – Он мне ничуточки не нравится! Ну, совершенно безразличен!»

И Вероника принялась высматривать противного «хомячка» с высоты своего полёта.

В это время ничего не подозревающий Петя шёл из пункта А в пункт Б. В руках у него была корзиночка спелой, сочной клубники. Видимо, он искал укромный уголок, чтобы расправиться с ней. Клубничный аромат распространился пьянящим вихрем по всему лагерю и достал до самой верхушки дерева.

Вероника спелым яблочком упала на травку.

— Опять ты! – удивлённо воскликнула она, делая большие глаза.

— Это я, прекрасная сеньора! – галантно поклонился «хомячок».

«Ну что за глупое создание», – снова подумала Вероника и с любопытством посмотрела на клубнику.

Петя поймал взгляд девочки и преподнёс ей корзиночку со словами:

— «Хомячки» сегодня угощают!

Вероника прыснула со смеху, схватила корзиночку и убежала.

«Вот рыжая белочка», – подумал Петя ей вслед.

Он забыл, куда и откуда шёл. И шёл ли вообще. Сложно было сказать, где и как он очутился. И мысли тяжело шлепали в блаженном мозгу.

Так получилось, что в лагере собрались самые красивые девочки планеты. В этом были уверены абсолютно все мальчики базы. Когда они видели девочек, то мгновенно робели и глупели до совершенного неприличия, за что и получили своё скромное звание «хомячка». И всё же бывали моменты, когда титанические усилия воли и невероятная борьба самим с собой давала мальчикам сказать что-то путное и даже совершить благородный поступок.

Нужно отдать должное, что этому способствовало в кой-то мере посещение драмкружка. Там их заставляли говорить девочкам такие напыщенные фразы, до которых сами они никогда бы не додумались. Сначала язык просто не поворачивался произнести «прекрасная маркиза», «прелестная сеньора», «цветок моей души». Но человек ко всему привыкает. И со временем мальчики довольно бодро говорили подобные фразы, практически не краснея и не прячась в кустах.

Девочкам почему-то давалось всё проще. Они спокойно выслушивали комплименты и даже одаривали молоденьких кавалеров понимающими, благосклонными взглядами. Девочка ничего с собой не может поделать, когда ей говорят приятные вещи, как она прекрасна и очаровательна.

И вот перед ней уже не «хомячок», а воображаемый рыцарь на белом коне, а сама она – принцесса, нежная, грациозная фрейлин. И в этот момент ничего не важно, всё расплывается в любви и прекрасных цветах.

Вечер. Премьера спектакля драмкружка по роману Петрушкина «Белый Титаник».

Полный зал. На сцене – Петя и Вероника.

— Чем воздух хуже воды? Доверься ему, и он поднимет тебя ввысь! – декламировал Петя и протягивал руки к прекрасному видению вдали.

Вероника в роли волшебной феи парила над облаками.

— Так чего же ждёшь ты? Лети, прекрасный принц, лети! – пела она.

В роли бушующих волн под отважным принцем колыхалось множество рук. Это друзья Пети и Вероники. Нужно было довериться им и прыгнуть с вышки.

Петя закрыл глаза, сердце ухнуло куда-то вниз, словно решило уже прыгнуть без хозяина.

— Ах, я улетаю, я уже улетела! – послышался удаляющийся голосок Вероники.

— Лечу к тебе, прекрасное создание!

Петя вскинул руки вверх и что есть силы прыгнул вперёд. Он ухнул в темноту и опустился в мягкие объятия друзей, а через минуту воспарил, увлекаемый вверх незримой силою каната.

Раздался гром аплодисментов! Зрители вскочили со своих мест и кричали «Браво!» и «Ура!». Слёзы катились по их щекам. И было это совершенно искренне…

 

Глава 3

Петя сосредоточенно разглядывал муравья в кружке с водой. Если сделать ещё пару глотков, то есть риск, что муравей окажется внутри. И что тогда делать? Он будет бегать по стенкам желудка и щекотать мальчика. А Петя будет смеяться, не переставая, и никто уже не сможет его остановить. Хороший рецепт для тех, кто хочет постоянно смеяться.

Петя засунул палец в кружку и спас муравья.

— Без любви не может быть полёта! – тем временем декламировал инструктор Фёдор. – А я уж в этих вопросах кое-что понимаю, можете мне поверить!

Фёдор сегодня был в настроении и энергично махал руками, словно хотел взлететь. Вероника ехидно поглядывала на него. Остальные девочки и мальчики (кроме Пети, который спасал муравья), зачарованно внимали его речи.

— Ведь недаром говорят: любовь спасёт мир! – продолжал Фёдор, набирая обороты.

— Разве не красота? – спросила Вероника.

— Любовь! Только любовь! Божественная безусловная любовь! – парировал инструктор.

— Она чем-то отличается от человеческой любви? – спросила маленькая девочка Лена.

— Конечно! Божественная любовь даёт крылья, как у ангелов! А человеческая – приносит лишь страдания! Это, скорее, страсть, чем любовь!

Петя подумал, любит ли он этого муравья так же, как, возможно, Веронику? И любит ли он Веронику, как этого муравья?

В каждом определённо есть своя прелесть и своё предназначение.

— Во время войны сначала полюби противника всем сердцем, а потом начинай сражение, – продолжал Фёдор, вспоминая свою жизнь. – Не стоит что-либо делать из чувства мести, злости и раздражения! Это лишь навредит тебе! Настоящие лётчики в наше время всегда старались аккуратно вывести из строя машину противника, не задев при этом самого врага.

«Полюби врага своего, как самого себя, – подумал Петя. – А, кажется, дядя Фёдор увлёкся, мы ведь не на полевых учениях, а в детском лётном лагере. И на самолётах летать не собираемся».

Но здесь-то Петя и ошибся. Как раз сегодня инструктор Фёдор готовил сюрприз для своих юных птенцов. На ближайшем холме урчали моторы двух красивых дельтапланов. Предстояло крещение молодых бойцов.

Глава 4

Гул мотора за спиной. Ничего не слышно. Инструктор рядом показывает знаками, чтобы держался крепче. Взлетаем. Петя испытал неизведанные дотоле чувства. Словно ведомая могучей рукой, машина птицей взвилась в небо.

Петю вдавило в спинку сиденья. Инструктор поглядывал на новобранца. Но вроде всё в порядке, можно продолжать полёт.

Рядом летел золотистый дельтаплан. Там сидел Саша, лучший друг Пети. А вдруг бы это летел враг, и его нужно было сбить во что бы то ни стало?

Петя даже зажмурился от такой мысли. Нет, пусть всё будет хорошо, пусть оба благополучно вернутся на землю. Инструктор весело улыбался и что-то говорил. Из-за мотора ничего не было слышно.

Соседний планер начал выделывать разные акробатические номера. Петя с завистью посмотрел на золотую птицу. Он указал пальцем на неё и замычал инструктору: «Мол, тоже так хочу».

Дядя Фёдор понимающе замотал головой и пошёл на крутой манёвр. У Пети душа ушла в пятки. Не от страха, конечно, а от неведомых ранее чувств. Земля расстилалась под ними причудливыми извилинами и складками. Деревья, ручейки, озёра – всё было таким маленьким, как на ладони.

Инструктор сделал очередной вираж и вопросительно посмотрел на Петю. Веточкин поднял большой палец вверх: «всё хорошо» и закрутил указательным пальцем по кругу: «продолжай, продолжай, ещё хочу!»

И где-то в небе парили две птицы…

Глава 5

Они сидели с Вероникой на лавочке. Петя смотрел в её огромные глаза. Словно два океана, они безграничны, их не переплыть.

— У меня есть парень, да, у меня есть парень, – говорила девочка. – Моё сердце наполнено любовию к нему!

— Ах, как я рад, моё прелестное создание! По жизни бабочкой порхай, и мир любовью согревай!

Интересно, если бы муравьишка заявил Пете, мол, люблю другого, что бы он почувствовал? Ненависть, любовь? Ревность, обиду? Скорее всего, обрадовался бы за него и отпустил на свободу.

Подошёл Саша и обнял Веронику.

— Любимая моя, вот ты где! Прекрасный мой цветок и глаз моих очарованье!

— Я рад за ваше счастье, господа! Любовь прекрасное парение души! Так будьте ей верны всегда! – говорил Петя, представляя, как выглядит эта сценка со стороны. Что ни говори, а этот Петрушкин – настоящий гений, снова отличился!

Глава 6

Петя натянул на руки огромные крылья. Чем он хуже птицы? Стоит лишь взмахнуть руками и полетишь! Падать он уже умеет. Природе доверять тоже научился, когда летел на спектакле в руки друзьям. Муравья он любит почти так же сильно, как Веронику, а Веронику – как муравья. И к сопернику относится с любовью, почтением и уважением.

Так чего же ещё надо? Пора лететь! Хватит ходить вокруг да около главного события в жизни Пети.

Но природа думала по-другому. Мало иметь крылья и любовь в сердце, нужно научиться пользоваться ими на практике. И в этот день Петя лишь побегал по травке, неуклюже размахивая руками.

Глава 7

А неподалёку от лагеря жила колдунья. Так часто бывает, что где-то рядом живёт подозрительная личность и вынашивает свои чёрные планы. Колдунье очень не нравилось, что кто-то учится летать. И ещё, ей очень хотелось внимания к себе. Но она в этом ни за что бы не призналась. Даже под страхом смерти!

А как сильна была колдунья! Как могуча! Она собирала мышей, совиные перья и много разной всячины. По ночам варила колдовское зелье и пела разные заклинания. Хотя, как их можно петь? Скорее шептала, наговаривала и махала таинственно руками.

И вот колдунье надоело, что кто-то учиться летать. Она решила унять пыл соседей и убедить их в безнадёжности этого дела. Ну, в самом деле, где это видано, чтобы мальчики и девочки летали, как птицы в облаках? Ну ладно ещё колдунья на метле или в крайнем случае в ступе! Это ещё понятно! Но чтобы летали дети, да ещё с любовью в сердце! Этого колдунья ну никак допустить не могла!

Она собрала все свои снадобья, повторила заклинания и запряталась в кустах возле самой лётной площадки, где обычно проводились занятия.

Светило солнце, и колдунье было не очень хорошо от этого. Поэтому она первым делом, для разминки, нагнала большие тучи. Когда вокруг сгустился мрак, ей стало как-то легче на душе.

Через время по площадке бодро зашагал инструктор Фёдор, за ним гуськом семенила группа ребят.

Было раннее утро, не самое лучшее время для колдовства. Поэтому колдунья беспокойно ёрзала в кустах и не могла сосредоточиться. «Почему дети не учатся летать по ночам? Тогда всё было бы гораздо проще», – сетовала она.

— Сегодня мы будем учиться отдавать, – неожиданно заявил инструктор. – Это основное правило безусловной любви, уметь отдавать, отпускать всё самое ценное, что у тебя есть в данный момент!

«Этого ещё не хватало!» – подумала колдунья в кустах.

Девочки и мальчики тоже заёрзали на месте в предчувствии чего-то неизбежного. В руках у них были коробки, сумочки, любимые игрушки. Они несли их сюда бережно, с гордо поднятой головой. Сейчас же каждый старался как-то спрятать, уберечь свою ценность от неумолимых глаз дяди Фёдора.

— Осталось лишь найти объект, который будет рад нашим подаркам, – заключил инструктор и принялся шарить острым взглядом по кустам. Сложно сказать, почему он решил искать именно там. Может, огромный жизненный опыт или безупречная интуиция, отточенная годами, заставила его обратить свой взор на злополучные кусты. В любом случае ребята должны были отдавать любимые вещи не друг другу, а желательно какому-то субъекту вне лагеря. Ведь тогда совершенно исключена надежда на то, что сердечная ценность вернётся в родные объятия.

А это самое главное в умении отдавать.

— И запомните, ребята, главное – это делать от чистого сердца! – добавил инструктор, доставая из-за кустов ощетинившуюся колдунью.

«Только не от чистого сердца! – взмолилась старушка. – Нет ничего больнее и гадостнее для меня!»

— Доброе утро, бабушка! – вежливо обратился к ней Фёдор. – Сегодня замечательное утро, не правда ли?

— Да уж… – проворчала колдунья, пытаясь вспомнить подходящее проклятие.

— Мы были бы очень вам признательны, если бы вы помогли нам в одном важном для ребят деле. Уделите нам пару минут и примите наши подарки в знак глубокого уважения и почтения к вам!

— Я… – начала, было, старушка, но тут, вспомнив заклинание, которое особенно подходило для этого момента, углубилась в его исполнение.

А дядя Фёдор в это время уже подтолкнул робкого курсанта с подарком навстречу бабушке.

Старушка как-то странно выглядела. Она зажмурила глаза, подняла кулачки над головой и что-то отчаянно шептала. Петя прижимал к груди отцовский самолётик. Реликвия семьи, последняя модель изящного искусства.

И всё же нужно его отдать от чистого сердца. Петя подумал, как это можно сделать. Вот стоит маленькая старушка отталкивающего вида. По всему видно, что она настроена недружелюбно и, возможно, даже замышляет что-то недоброе по отношению к нему.

Здесь без воображения не обойтись. Петя представил, что это – самая родная старушка в мире. Что это – его любимая бабушка. Он даже попробовал представить, что дарит подарок самому себе. Петя очень старался. Было сложно, но драгоценный самолётик заблестел на солнце в протянутой руке.

— Это вам, бабушка! – искренне сказал Петя и почувствовал целый ураган неведомых эмоций внутри. Но было приятно.

Старушка на миг перестала шептать проклятие. Ей никак не удавалось сосредоточиться в этом вражеском лагере любви и светлых мыслей. Она приоткрыла глаза и вскрикнула. Ей первый раз в жизни кто-то что-то дарил. При этом она чувствовала, что не обязана давать что-то взамен.

— Мне? – нерешительно пролепетала бабушка и сложила кулачки на груди. – Да за что же, соколик? Видать, самолётик дорогой!

— Да, бабушка, это очень хорошая модель! Будете на неё смотреть и о нас вспоминать! Живите долго и счастливо!

Инструктор Федя смахнул украдкой слезу с ресниц. Петя отдал старушке сверкающий самолётик и вернулся на место. Только сейчас дети заметили, что сквозь образовавшийся просвет в тучах блеснуло солнце.

Дальше стало проще. Ребята подходили один за другим к растерявшейся старушке и дарили самое ценное, что у них было на этот момент. Вероника несла корзиночку клубники. Саша тащил волшебную палочку. Если к ней они шли, тяжело волоча ноги, с грузом на сердце и камнем в душе, то назад возвращались, порхая над землёй и с радостной песней на устах. Было легко и светло на сердце.

К окончанию церемонии тучи совсем рассеялись, уступая место яркому, искрящемуся солнцу. Там, где раньше стояла отталкивающего вида старуха, скромно переминалась с ноги на ногу маленькая девочка. Она была вся усыпана подарками и одарена добрыми словами от чистого сердца.

Изумлённые ребята глядели на девочку во все глаза.

— Как тебя зовут, милая? – ласково спросил дядя Фёдор.

— Эмилия, – ответила девочка.

— По-нашему Лиля, значит, – заключил инструктор. – Очень приятно! Вступай в ряды пионеров, мы научим тебя летать!

Ребята одобрительно загалдели, наперебой приглашая девочку в лагерь. С тех пор Лиля живёт на базе и совсем забыла, что раньше была злой и некрасивой колдуньей.

Глава 8

— Воображение – прежде всего! Вот девиз настоящего лётчика! – говорил Фёдор на очередном собрании. – Без него вы не сможете летать! Воображение, как и любовь, даёт крылья! А сейчас вы разделитесь на группы и приступите к практике!

Петя, Вероника, Саша, маленькая девочка Лена и Эмилия по невероятной случайности оказались вместе.

— Ну-с, начнём воображать? – тут же спросил Саша. Это был юркий и весёлый веснушчатый мальчик с чуть вздёрнутым носом.

— Нам с «хомячками» нечего водиться, – сказала вдруг Вероника. – Правда, Лена?

— Но ведь они уже давно не «хомячки», – робко заметила маленькая девочка и смущённо потупила взор.

Эмилия молчала и с интересом наблюдала за разговором. Она изучала Петю. А Петя изучал её.

— Мы с Сашей возглавляем эскадрилью крылатых «хомячков»! – вдруг воскликнул Веточкин и обнял за плечи друга. – А вы кем будете?

— Может быть, Цветочной Феей? – мечтательно произнесла Вероника и закатила глаза.

— А я хотела быть бабочкой, – всё так же тихо произнесла Лена.

— А ты кем хочешь быть? – спросил Петя Эмилию. Каштановые волосы, голубые глаза, скромный взгляд, правильные черты лица располагали к общению.

— А я хотела бы побыть немножко самой собой, – ответила Эмилия и добавила. – Если можно, конечно.

— Я думаю, можно! – воскликнул Саша. – Здесь у нас не запрещается быть самим собой! Правда, Петя?

— Правда.

— Это особенно забавно, если ты «хомячок», – протянула красавица Вероника.

— Давайте уже начнём играть, – тихо попросила Лена.

— Давайте! – подхватил Саша и запрыгал вокруг друзей. – Эскадрилья «хомячков» поднимается в воздух! Первый, первый, я второй, как меня слышишь? Петя, ты где?

— Я тебя слышу, первый, летим над волшебными полями, – ответил Веточкин.

Они принялись летать вокруг девочек. Эмилия засмеялась и захлопала в ладоши. Вероника вздохнула и мечтательно взмахнула руками:

— Я – Фея! Какой чудесный сегодня день для танцев на цветке!

— «Хомячки» докладывают в центр! Видим Цветочную Фею, по-видимому, она собирается танцевать! Как слышно, приём? Ждём ваших указаний! – доложил Саша, кружась вокруг Вероники.

— А я бабочка, – тихо сказала Лена. – Я лечу в гости к Цветочной Фее!

— Неопознанный объект приближается к месту концентрации фей, – продолжал Петя. – Подозрительная активность на цветочной поляне. Как слышно? Приём!

Эмилия захлопала в ладоши.

— Слышу вас хорошо, мальчики! Продолжайте наблюдение, действий никаких не предпринимать!

Эскадрилья «хомячков» сделала лихой вираж и скрылась в облаках.

— Я танцую! Я Фея! Ах, какой аромат, какая нежная пыльца! Какие мягкие лепесточки! Ах, я утопаю в них, я блаженствую! – кружилась Вероника, заламывая в истоме ручки.

— Поднялось облако пыльцы! – доложил первый, т.е. Саша. – Оно движется в сторону сказочного города!

— Я прилетела в гости! – воскликнула Лена. – Здравствуй, милая Цветочная Фея!

— Здравствуй, дорогая! Какие у тебя крылышки замечательные!

Бабочка зарделась и окунулась в пыльцу.

— Облако накрыло нас! – сообщил Петя. – Мы ничего не видим, аварийная ситуация! Как слышно? Приём!

Эмилия замахала руками.

— Слышу вас хорошо, ребята! Держитесь! Сейчас разгоним это облако!

— Ах, что вы делаете, зачем подняли этот ветер! – запричитала Вероника, поправляя причёску. – Мне так хорошо в пыльце! Я так люблю танцевать!

И они закружились с бабочкой пуще прежнего.

Вдруг с оглушительным рёвом ворвались огнедышащие драконы с соседней поляны. Они гремели и метали молнии. Бабочка попыталась защитить Цветочную Фею, но её робкое сопротивление было мгновенно подавлено.

Драконы захватили Веронику и уже собирались возвращаться домой, когда были замечены эскадрильей «хомячков». Облако пыльцы было рассеяно, и пред глазами героев предстала ужасающая картина. Цветочная Фея трепыхалась в когтях огнедышащих драконов! А бедная бабочка лежала без чувств!

— Как слышите, первый, второй! – гремела Эмилия. – У нас нападение на цветочный центр! Есть потери! Захвачена «жемчужина»! Приём!

— Это первый! – отозвался Саша. – Слышу вас хорошо! Видимость отличная! Переходим в нападение! Приём!

— Вас понял, первый! – ответил Петя. – У нас преимущество по высоте! Пусть знают славу нашей эскадрильи!

И два истребителя вошли в крутое пике. Не так ясный сокол бьёт нежных голубей и неуклюжих уток, как рыцари лётной эскадрильи накрыли огнедышащих драконов и кощеев бессмертных!

Вероника вскрикнула и закрыла лицо руками.

— Осторожно, справа! – слышался хладнокровный голос Пети.

— Я прикрою тебя, заходи на второй круг! – кричал Саша.

Грохот артиллерии, вихри огня, дым, скрывающий всякую видимость, всё смешалось в диком танце смерти! Драконы извергали столбы пламени, казалось, всё вокруг превратилось в ад!

— Мальчики, держитесь! – донесся голос Эмилии. – К вам летит подкрепление из соседнего государства!

— Вас понял, центр! – ответил Саша.

— Вижу белокрылых орлов! – доложил Петя. – Они быстро приближаются к эпицентру!

— Будем надеяться, что Цветочная Принцесса ещё жива! – донёсся бодрый голос из штаба.

— Ах, мальчики, спасите меня! – взывала Вероника. – Я больше не буду называть вас «хомячками»!

— Мы сделаем это! – закричал Петя.

Стая белокрылых орлов клином врезалась в гущу вражеских сил. Драконы разлетелись во все стороны. Но к ним на помощь уже спешили кощеи бессмертные!

Вся лётная площадка представляла собой одну большую баталию. Эскадрильи сменяли одна другую, драконы старались удержать позицию.

И вот дерзким манёвром с подбитым крылом и на одном моторе Петя прорвал зловещие ряды кощеев и очутился рядом с Цветочной Принцессой! Облако пыльцы давно улеглось, и хрупкая бабочка в страхе жалась к принцессе!

— Второй! Как слышите, меня! – раздался голос Эмилии. – Вы в самом эпицентре! Немедленно уходите оттуда, вас обнаружили!

— Я буду биться до последней капли крови! – вызывающе закричал Петя и обратился к Веронике. – Принцесса, нам нужно уходить!

Плотное кольцо драконов сжималось вокруг них. Просвета нигде не было! С отчаянием в голосе Петя обратился к Эмилии:

— Центр, что мне делать? Неужели принцесса должна погибнуть?

— Второй, ты можешь лететь, – просто сказала Эмилия и взмахнула волшебной палочкой.

Вдруг все остановились. Словно по волшебству, стало необычно тихо. Ребята замерли. Драконы, орлы, бабочки, принцессы застыли там, где находились.

Божественная тишина наполнила пространство. Казалось, зазвучал хор ангелов. Петя с Вероникой в руках воспарил на дерево.

— Вот те раз… – прошептал Саша.

— Красавчик! – сказал орёл.

— Воображение – сила! – произнёс дракон.

— И безусловная любовь! – пролепетала Лена.

— И хороший тренер! – добавил инструктор Фёдор, вытирая пот со лба.

Одна Эмилия осталась никем не замеченная. Она улыбалась чему-то своему и так же по-особенному смотрела на Петю. А Петя смотрел на неё.

 

Эпилог. Письмо, сквозь века и годы

Я Петя Веточкин, и мало кто знает, что всё волшебство, происходящее в моей жизни, – результат кропотливой работы над самим собой и безграничной любви и веры в меня возлюбленной моей Эмилии. Многие думают, что это случайность, но я могу открыть вам глаза на происходящее вокруг. Всему есть логичное и доходчивое объяснение. И то, что я научился летать, – не случайность!

В тот день я отдал всё самое ценное, что у меня было. Я подарил ей своё сердце. Она была не очень красива, но я сумел разглядеть в ней то, что другие не видели.

Потом она превратилась в богиню. Но это уже было после, как результат моего внимания к ней, моей любви.

Каштановые волосы, голубые глаза, правильные черты её лица… Изящный стан и гибкость тела! Грация её движений завораживала меня! Она плыла, скользила, парила над зелёной травой! И вот она рядом, смотрит в мои глаза!

Чтобы заслужить такое счастье, мне пришлось много лет работать над собой. Я падал и вновь поднимался. Ушибы не могли остановить меня, они лишь подбадривали, корректировали направление. Я знал, что на правильном пути! Да и как было сомневаться, когда голубое небо над головой? Когда птицы небесные бороздят просторы мироздания надо мной? Когда цветы поворачивают свои головки за солнцем, когда гусеница через боль и голод превращается в бабочку, когда рассвет приходит вслед за тьмой!?

— Хочешь провести этот день со мной? – спрашивает она.

О! Нет ничего слаще, мучительней и блаженнее этого! Я киваю утвердительно головой. Я смотрю на своё отражение, разинув рот. Мы лишь зеркало друг для друга. Удивительное, совершенное зеркало, где проявляется гармония и хаос всеединства.

Всё это красивые слова. Не более. Но моя жизнь краше! Я позволил ей быть такой! Я, наконец, решился! Порой, это сложно – разрешить волшебству захватить твой мир. Иногда, по привычке, ещё хочется драмы. Но искрящийся, бурлящий поток завораживает, ошеломляет своей мощью, неожиданностью и окрыляет.

Эмилия сказала, что я буду летать.

— Ты будешь летать, – просто сказала она, когда мы сидели на берегу реки и смотрели на потрясающий закат.

— Да, я знаю, – тогда ответил я. Мне было приятно, что Эмилия верит в меня. Её вера могучим потоком наполняла мои вены, расправляла крылья за спиной. Что-то преобразовывалось, трансформировалось в моём теле и сознании.

Что же я делал, чтобы встретиться с ней? Ничего. Я полюбил себя. В один прекрасный день я понял, что люблю всё вокруг и внутри себя без исключения. И Веронику, что называет всех «хомячками», и муравья на земле. Но самое главное, я принял себя таким, какой я есть. Со всеми недостатками. И полюбил их. Я принял все события, которые со мной происходили в жизни. И отпустил их. Этот груз мешал мне лететь. Теперь я понимаю.

Многие спросят, ну как же полюбить, как отпустить, как принять всё, что происходит в твоей жизни? Ведь это такое безумное разнообразие событий, энергий, поступков, от которых часто хочется бежать и скрыться в укромном уголке.

Есть два правила, которые я вывел для себя:

  1. Это происходит по воле Бога. Это самое лучшее, что может со мной произойти.
  2. Это часть меня. Я принимаю, я люблю это, потому что это – я.

Для каждого – свои правила, поэтому я не рассчитываю на то, что вы поймёте, о чём я пишу. Главное сейчас не это. А главное, что только когда я полюбил и принял себя, только тогда я встретил Её.

Поэтому встретить Эмилию не было самоцелью, главным был подготовительный момент. Быть достойным её, позволить себе такое счастье.

Бурлящий поток ворвался в мою жизнь. Я не строил ему преград. Я растворился в нём, как во всех событиях моей жизни.

Её рука – в моей руке. Глаза, сияющие спокойствием и вдохновением. Вам рассказать об этом потрясающем дне? Вы не поверите мне.

Мы раскрасили небо в радугу, потом прошлись, пробежались по ней, окропляя весёлым дождём мирозданья волшебные поля под собой. Мы оседлали белокрылых коней и промчали тысячи вёрст по небу! Нет, вы не верите, вы не видели всего восторга и буйства чувств!

А когда взошёл месяц, мы устроили качели на нём. Поскрипывало сиденье, и ветер ласкал нам лица. Вы слышите песнь петуха?

Это первые лучики солнца, вестники алой зари, ворвались огненными стрелами в наш гостеприимный мир.

Почему вы не хотите быть там?

Мы ухватились за лучики и, смеясь, полетели на Венеру! Там зелёное небо и жёлтые реки. А ещё там растёт удивительный плод. Он слаще мёда и очень хорошо утоляет жажду. Вы скажете – это фантазии? Но я вам покажу цветок, застрявший у меня в волосах! Смотрите! Вы видели такой на Земле? То-то же.

Эмилия говорит, что мы все дети, только забыли об этом. Так давайте будем вспоминать!

А в тот день, когда я полетел, вера Эмилии в меня была необычайно сильна. Она окрепла в абсолютный монолит, что поднял меня ввысь над полчищем ошеломлённых драконов. Часто люди видят результат, но не видят главное. То, на чём он стоит. А как вы думаете, кто полетел в тот момент?

 

23.06.2013 

Петя Веточкин учится летать.: 4 комментария

  1. Да, самоцель так просто не узреть… То что мы видим — это лишь орудия, которые способствуют, или мешают её воплощению.

  2. Читать интересно, настроение идет вверх! БлагоДарю за сказки! Для меня эти повести «несколько» больше, чем просто сказки, именно за это я их особенно ценю!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *